Памятник каменного века Боровиково-2М на реке Кубене

2011-03-04

Памятник каменного века Боровиково-2М на реке Кубене Памятник каменного века Боровиково-2М на реке Кубене Памятник каменного века Боровиково-2М на реке Кубене Памятник каменного века Боровиково-2М на реке Кубене
Археологическое изучение бассейна реки Кубены было начато череповецким археологом А. В. Кудряшовым в конце 80-х годов. Среди более десятка разновременных памятников как на самой р. Кубене, так и на ее притоках, одним из самых интересных явилось многослойное поселение Боровиково, открытое в Харовском районе Вологодской области в 1988 году(1). С 1998 г. Сухонско-Кубенской экспедицией под руководством Л. С. Андриановой на поселении ведутся раскопки.
     Поселение Боровиково находится на правом берегу р. Кубены, напротив устья небольшой речки Чивицы и занимает прибрежный участок высокой (4 м) поймы на протяжении 340 м вдоль реки (рис. 1; 1). Примерная площадь поселения более 10 ООО кв. м. Культурные напластования памятника содержат материалы различных эпох, начиная от мезолита и заканчивая ранним средневековьем. Весной 2000 года на небольшой поляне, непосредственно примыкающей к северной границе поселения, была обнаружена новая стоянка Боровиково-2М. Памятник находится в лесу, в 50 м от берега, располагается на пологом склоне первой надпойменной террасы, на высоте 6—7 м над уровнем воды, и представляет собой типичную «дюнную» стоянку с песчаным культурным слоем (рис. 1; 1).
     
     
     
     В 2000—2001 гг. на памятнике производились раскопки. Вскрытая площадь составила 112 м2, что практически исчерпало территорию памятника. Последовательность песчаных напластований в раскопе следующая:
     1 Луговой дерн 0,02—0,04 м.
     2. Серый подзолистый песок 0,12—0,18 м. Желтый песок (разных оттенков) 0,1—0,3 м.
     3. Темно-желтый песок — на разных участках раскопа имеет тол-щину от 0,05 до 0,5 м.
     4. Материк — темно-желтый песок с ордзандами.
     
     Находки представлены преимущественно кремневыми изделиями (общее количество превышает 5000 экз.). Около половины из них составляют отходы кремневого производства: отщепы, чешуйки. Среди индивидуальных находок большую часть составляют ножевидные пластины — их найдено 2399 экз. Орудийный набор разнообразен.
     
     Многочисленной является категория резцов — 55 экз. Один резец изготовлен из миниатюрной кремневой плитки, остальные можно охарактеризовать как изготовленные на углу сломанной пластины (рис. 2; 7—9). Двойные резцы с однонаправленными резцовыми сколами составляют 8 экз. (рис. 2; 7, 9), у 4 орудий резцовые сколы нанесены по двум краям во встречном направлении. Ближайшие аналоги таким изделиям можно выделить в материалах сухонской мезолитической культуры(2).
     
     
     
     Скребков выделено 57 экз. На пластинах изготовлено 28 орудий. По характеру расположения лезвия они преимущественно концевые: с выпуклым или с прямым лезвием, со скошенным рабочим краем (рис. 2; 14, 16, 22).
     
     Один скребок подработан ретушью на три четверти периметра, по бокам сформированы выемки (рис. 2; 25). Часть скребков изготовлена из отщепов — 26 экз.: также преимущественно концевые с выпуклым или с прямым лезвием (рис. 2; 15, 17, 28), присутствуют орудия с боковым лезвием; 3 скребка с подработкой на три четверти периметра (рис. 2; 13, 24). Выделяются два двойных скребка с противолежащими лезвиями (рис. 2; 18). Необходимо отметить такие типы скребков, как «стрельчатый» и раклет (рис. 2; 23). Еще три крупных изделия изготовлены из естественных кремневых плиток — 2 имеют выпуклое лезвие и 1 — прямое.
     Скобели — изделия с ретушированными выемками — изготовлены преимущественно из отщепов. Всего в коллекции выделено 12 скобелей, из них два сделаны из нуклевидных обломков, и два из пластин.
     На Боровиково-2М была найдена представительная серия крем¬невых наконечников и острий, на описании которых следует оста¬новиться подробнее. Восемь наконечников, дошедшие до нас в виде обломков, изготовлены из пластин. Обработка их ограничивается подправкой полукрутой ретушью со спинки и плоской с брюшка у трех экз. (рис. 2; 12, 21), только крутой ретушью с брюшка — также у трех (рис. 2; 4, 20), один обломок оформлен полукрутой противолежащей ретушыо (рис. 2; И) и еще один — лишь слегка скорректирован несколькими плоскими фасетками с брюшка (рис. 2; 10). Восстановить полную форму наконечников невозможно, но, вероятнее всего, они были листовидными бесчерешковыми. По обломкам наконечников затруднительно судить о традициях изготовления метательного оружия. Аналогичные элементы оформления наконечников можно найти на многочисленных стоянках бутовской традиции ВолгоОкского междуречья3, Молого-Шекснинских памятниках1, Сухонских мезолитических стоянках5. Острия из ножевидных пластин составляют серию в 12 экз. Их обработка включает разнообразные варианты нанесения мелкой ретуши, формирующей острый кончик: есть орудия, подработанные с брюшка (рис. 2; 1), со спинки, изготовленные противолежащей ретушью.
     В коллекции артефактов присутствуют двусторонне обработанные наконечники. Целый экземпляр только один — это миниатюрный листовидный наконечник укороченных пропорций, изготовленный плоской трансмедиальной ретушью из розового кремня (рис. 2; 2). Два обломка наконечников, вероятнее всего, также имели листовидную форму, по размерам они приближаются к целому экземпляру (рис. 2; 3, 6). Интересен обломок черешка наконечника с выделенными жальцами (рис. 2; 5). На предмете отчетливо заметно повреждение в виде ступенчатого слома с неконическим началом. Подобные повреждения (spin-offs) считаются диагностирующим признаком метательной функции для кремневого оружия(1). Подобные наконечники являются характерным компонентом неолитических каргопольских комплексов раннего (укороченные листовидные) и позднего (черешковые) периодов(7).
     Нуклеусы Боровиково-2М (всего 19 экз.), преимущественно ка- рандашевидные с хорошей правильной огранкой от снятых пластин, немногочисленными экземплярами представлены торцовые и другие типы (рис. 3).
     Бифасиальные изделия — 13 экз. — отличаются характером обработки поверхности. Присутствуют как изделия, обработанные по двум плоскостям полностью, так и ретушированные с одного из фасов только частично. Большая часть этих орудий представлена обломка ми, и о характере их использования судить затруднительно. Одно из таких изделий сохранилось полностью и, вероятно, использовалось, как рубящее.
     Присутствуют также два сверла (?), оформленных крупной ре тушью, нанесенной со спинки на кончики массивных ножевидных пластин.
     Несколько изделий комплекса представлены несерийными экземплярами. В восточной части раскопанной площади был обнаружен миниатюрный сланцевый топор подтреугольной формы. Поверхность орудия тщательно зашлифована. Рабочее лезвие имеет слегка выну к .мук) форму (рис. 2; 19). Интересно изделие из кварцитопесчаника, представляющее собой крупный скол с подтесанными боковыми сторонами, которые можно интерпретировать как рубящее орудие
     Рабочее лезвие инструмента не имеет следов подработки. В восточной части раскопа обнаружен сланцевый гребенчатый штамп (рис. 2; 29), изготовленный из сланцевой плитки, размерами 4,5x4,5 см. Участок, примыкающий к зубчатому краю, пришлифован с одной стороны. Длина гребенчатого отпечатка: 3 см, ширина — 0,3—0,4 см, размеры зубчиков варьируют от 0,3 до 0,4 см. При проведении контрольного прокопа, в южной части раскопа был найден фрагмент венчика ямочно-гребенчатого сосуда. Орнамент на фрагменте состоит преимущественно из ямочных вдавлений, а гребенчатые оттиски нанесены на срез венчика (рис. 2; 27). Не совсем понятно назначение миниатюрного предмета из песчаника, с двух сторон которого прослеживаются неглубокие надпилы. Возможно, он служил рыболовным грузиком (рис. 2; 26).
     
     На памятнике выделяется несколько участков с повышенной плотностью распределения изделий. Скопление № 1 (рис. 1; 2) — располагается в северо-восточной части раскопанной площади. В кв. Д-Е-1-1-2 располагалось темно-серое с примесью охры пятно. Пятно проявилось сразу после выборки серой супеси, подстилающей дерн. При выборке пятно оказалось глубокой материковой ямой — до 1 м, с уплощенным дном. В состав находок скопления входят многочисленные отщепы, чешуйки, ножевидные пластины. На артефактах из этой ямы прослеживаются следы термического воздействия, которые не обнаружены на остальном мезолитическом инвентаре. В этом же скоплении обнаружен наконечник двусторонне обработанной стрелы, сильно поврежденный огнем (рис. 2; 3). Данный объект и связанное с ним скопление примыкали к охристому пятну с четкими границами, имеющему подовальные очертания, длиной около 2 м и шириной до 0,5 м. Ориентировано пятно в направлении северо-восток — юго-запад (рис. 1; 2). В профиле глубина окрашенного охристого песка достигала 0,6 м. Начиналось пятно сразу ниже подзола. Наиболее вероятна интерпретация данного пятна, как могильной ямы. Прежде всего на это указывает достаточно традиционная ориентация пятна запад-восток (что, кстати, соответствует направлению течения реки Кубены). Во-вторых, концентрация красной охры на определенных участках пятна: на дне ямы, в верхнем горизонте засыпки, на противоположных краях ямы, то есть в местах предполагаемого нахождения головы и ног погребенного. Кроме того, вряд ли случайно местоположение двух камней, положенных у восточного и западного края пятна, в верхнем уровне засыпки. Продольный профиль ямы корытообразный, поперечный — чашеобразный. Подобные могильные ямы были обнаружены в 1993 году на многослойном поселении Вёкса в бассейне реки Сухоны". Поскольку захоронение было произведено в песке, костяк погребенного не сохранился. В заполнении могильной ямы находились те же основные категории находок, что и в целом по стоянке, плотность распределения артефактов примерно соответствует средней по раскопанной площади. Следовательно, засыпка погребенного была произведена культурным слоем стоянки, и возраст захоронения более поздний, чем время бытования стоянки и формирования основного культурного горизонта. К западу от скопления № 1 располагались два темных пятна вытянутой формы, уходящие в северную стенку раскопа. Кремневые изделия на этом участке представлены единичными экземплярами, но обнаружено максимальное по раскопу количество кальцинированных костей. К югу от погребального пятна, наклонно в слое, располагался крупный шлифовальный камень. Плита имеет подквадратные очертания, размеры ее 0,23x0,24 м, толщина 0,07—0,09 м. Две боковые стороны плиты подработаны сколами: вероятно, необходимо было придать ей именно такую форму. Плита находилась в раскопе рабочей поверхностью кверху. На этой поверхности отмечены следы использования: большое количество тончайших, неглубоких коротких царапин круговой направленности, плотно прилегающих друг к другу и покрывающих сплошь всю поверхность плиты, в том числе и сами углы. Центр плиты, участок около 3x3 см, свободен от каких-либо линейных следов, но поверхность его явно заглажена. На поверхности плиты есть выбоины, внутри которых следы не прослеживаются. В этих местах сохраняется зернистая поверхность камня. Хорошо заметно, что царапины на одном крае этих выбоин имеют большую глубину, чем на другом. Такая повторяемость следов, вероятно, связана с тем, что воздействие на поверхность плиты всегда имело одно и то же направление: по часовой стрелке. На отдельных, наиболее выступающих, участках плиты заметны пятна яркого блеска — заполировки, возникшей от взаимодействия с материалом, которым производилось воздействие на поверхность данной плиты. Подобные следы правильных округлых очертаний не могли сформироваться от ручной работы на инструменте, вероятнее всего, на поверхность абразива воздействовал массивный вращающийся предмет, причем, учитывая изношенность угловых частей, последний был большего диаметра.
     Скопление № 2 — связано с древним очагом. В профиле пятна заметны углистые прослойки и участки черного песка, интенсивность окраски которых сохраняется по всей глубине. В центре четко выде ляется участок красноватого песка. Дно ямы фиксируется слоем желтого песка, в котором попадаются единичные находки кремневого инвентаря. Кремни залегали непосредственно в песке серого углистого цвета, в прокаленной красноватой почве и вокруг очага. Остатки кострища были перекрыты слоем желтого песка мощностью до 0,2 м, что свидетельствует о более раннем времени его бытования. Интересно отметить, что непосредственно в данной яме обнаружено всего два кремневых предмета (обломки пластин), имеющих на поверхности следы воздействия высокой температуры в виде термических трещин. Следовательно, абсолютное большинство кремневых изделий попало в яму после окончания действия древнего кострища, в период формирования культурного слоя.
     
     Скопление № 3 — располагается в юго-восточной части раскопа (рис. 1; 2). Оно занимает площадь около 3 м2. Большая плотность распределения находок здесь наблюдалась с первых условных горизонтов в ходе выборки культурного слоя. На границе с материком было выявлено слабоокрашенное серо-коричневое с углистыми вкраплениями пятно продолговатой формы, вытянутое в северо-восточном направлении.
     
     Скопление № 4 и скопление № 5 располагаются в юго-западной части раскопа. Повышенная плотность находок отмечена для двух участков залегания индивидуальных находок, но планиграфически они совпадают с большим скоплением отщепов, объединяющих два эти «микроскопления» (рис. 1; 2) и фактически они могут рассматриваться как единое целое. Эти скопления соседствуют с неглубокой материковой ямой с пологими краями и корытообразным дном и с заполнением серо-коричневого цвета. В южной части скопления найдены два скребка из одного куска кремня.
     
     Скопление № 6 — по насыщенности находками самое бедное и выделено несколько условно на фоне окружающей зоны средней плотности распределения. Скопление не связано ни с изменениями цветности культурного слоя, ни с западинами в материке.
     В состав находок всех скоплений входит стандартный типологи ческий набор кремневых орудий и отходов производства, включающий ножевидные пластины, резцы, скребки, изделия технологической | руины Вероятно, скопления являются остатками производственных площадок, связанных с изготовлением и утилизацией кремневых изделий.
     В ходе работы по изготовлению ремонтажей кремневых изделий были установлены многочисленные аппликативные связи и выявлены куски кремня специфической окраски. Есть примеры связей между артефактами из юго-восточной и северо-западной частей стоянки. Подбираются куски кремня из всех частей раскопа (рис. 3; 1).
     
     
     
     Бесспорные связи установлены между скоплениями 1и2, 1иЗ, 4и5,4и6, 2и5. Прямой связи, например, между скоплениями 2 и 6 или 3 и 4 не обнаружено, но опосредованно все выделенные участки наибольшей плотности между собой связаны.
     Большинство изделий на памятнике Боровиково-2М связано с контекстом пластинчатой индустрии. Для реконструкции технологии были выделены следующие продукты расщепления:
     1. Ножевидные пластины ординарные, т. е с параллельной ог¬ранкой спинки, сформированной однонаправленными снятиями (целые и обломки) — 2058 (86%).
     2. Сколы с пренуклеуса ребристые — 73 (3%).
     3. Сколы с пренуклеуса с естественной поверхностью — 34 (1,4%).
     4. Боковые снятия с нуклеусов и/или снятия с подправкой — 212 (8,9%)+16 (0,6%) пластинчатых снятий. (Из подсчетов исключены пластины с поврежденной поверхностью, не позволяющей определить тип огранки).
     5. Пренуклеусы — 2.
     6. Нуклеусы — 19.
     7. Сколы подправки ударной площадки — 55.
     Целых ножевидных пластин в коллекции немного — 65 экз., и длину они не превышают 7 см. В целом для ножевидных пластин I и Боровиково-2М характерны устойчиво правильные очертания в плане п стабильность схождения углов брюшка и спинки. В профиль пластины практически прямые, допускается легкий изгиб в дистальной чисти. Абсолютное большинство пластинчатых снятий имеют ширину до 1 см. Проксимальные части сохранились у 739 экземпляров. В большинстве из них площадки прямые, неглубокие, гладкие, часто (шпики к точечным. Небольшое количество пластин имеют широкие ретушированные двух-трех гранные площадки.
     Из 295 проанализированных дистальных частей пластин 75% имеют перообразные подтреугольное или широкое подквадратное в плане окончания. Еще 7% пластин унесли с собой часть основания нуклеуса, т. н. ныряющие окончания. Петлеобразное окончание имеют пластин, у 6% окончание ступенчатое. Петлеобразные или ныряющие окончания — это своеобразные ошибки расщепления, связанные с применением слишком большого силового импульса или неправильным расчетом точки применения силы. Таких примеров очень немного. Для исправления ошибок расщепления применялись определенные приемы, отразившиеся на морфологии пластин. Для небольшого количества окончаний пластин характерно наличие коротких встречных снятий в нижней части или частичное оформление ребра (рис. 3; 2). Все это — следы понижения рельефа нижней части нуклеуса, целью которого было создание нужной степени выпуклости предполагаемого снятия на предмете расщепления.
     
     
     
     В коллекции выделены два пренуклеуса. По ним молено судить о способах формирования или подбора начальной формы предмета расщепления. В первом случае использовался естественный кусок кремня, подтреугольный в плане и подчетырехугольный в сечении. Несколькими снятиями подработан тыл ядрища, выведена площадка. С этого куска произведены два снятия — в местах естественного выпуклого рельефа. Оба снятия закончились петлеобразными окончаниями, создав выступы в средней части планируемого фронта расщепления. Второй пренуклеус напоминает крупный бифас подтреугольной формы. Будущая ударная площадка сформирована серией снятий под углом около 90° по отношению к унифасиальным ребрам. Два ребра обработаны мелкими сколами. С данного ядрища было произведено одно пластинчатое снятие, которое прошло около половины длины нуклеуса и закончилось ступенчатым окончанием.
     Шесть из 55 экз. сколов подправки ударной площадки можно отнести к «таблеткам», удаляющим верхнюю часть нуклеуса полностью (рис. 3, 8). На всех сколах подправки ударной площадки и площадках нуклеусов (рис. 3; 1а, 10а, 11а, 13а, в) сохранились негативы коротких отщепов, направленных от фронта расщепления. Эти снятия производились для того, чтобы создать необходимую для отделения пластины выпуклую зону расщепления на ударной площадке (рис. 3; 4,5,6,8).
     Из 19 нуклеусов в коллекции 9 можно отнести к типу карандаше видных, т. к. они имеют ровную, правильную огранку, образованную негативами правильных пластин, их форма близка к «карандашевидной» (рис. 3; 10—11). Фронт расщепления ядрищ составляет 3/4 не риметра. Тыл ядрища в нескольких случаях имеет следы предшествующего выведения ровного рельефа серией отщепов (рис. 3; 10-11), но в основном представляет собой естественную галечную корку (рис 3; 11в). Размеры нуклеусов варьируют от 6,3 см до 1,8 см, диаметр площадки — от 2,9 см до 0,7 см. Еще 7 нуклеусов имеют неровную огранку фронта расщепления, созданную негативами неправильных пластин.
     Три таких ядрища имеют негативы встречных снятий в области основания (рис. 3; 7, 13, 14). Один из них выделяется тем, что обе ударных площадки практически истощены, т. е. фронт вплотную приблизился к тылу (рис. 3; 13). Из общей массы в коллекции выделяется остаточный нуклеус, ширина фронта расщепления у которого составляет 5 см (рис. 3; 16), а толщина ядрища составляет всего чуть более 1 см (рис. 3; 1в). Нуклеус имеет две ударные площадки и следы встречных снятий на фронте расщепления, причем одна из ударных площадок явно имеет вспомогательное значение: негативы встречных снятий в длину не достигают и трети длины нуклеуса (рис. 3; 16). -
     Подводя итог исследования, следует отметить:
     1. Типологический состав коллекции Боровиково-2М явно не однороден. Среди изделий, которые могут использоваться как хронологические индикаторы, важно назвать наконечники стрел. Присутствие на стоянке одновременно и наконечников из ножевидных пластин и двусторонне обработанных наконечников необходимо рассматривать как свидетельство не одновременности формирования комплекса поселения. Обнаруженный на памятнике фрагмент керамики имеет, несомненно, неолитический возраст. Вероятнее всего, так же можно определить и возраст сланцевого гребенчатого штампа. Основную же часть находок на стоянке составляют пластины, среди которых преобладают микропластинки и узкие пластины, шириной до 1 см. Высокий индекс пластинчатости, наличие большого количества резцов, изготовленных из пластин, высокоразвитая отжимная техника получения пластинчатых заготовок и наконечники из них — эти черты каменного инвентаря наиболее типичны для мезолитических стоянок бассейна Сухоны.
     2. Основной структурной единицей памятника Боровиково-2М можно считать микроскопление каменных артефактов. Часть скоплений планиграфически совпадает с цветовыми пятнами слоя или с материковыми ямами. Судя по составу кремневого инвентаря скоплении, они представляют собой остатки производственных участков, на которых велась разнообразная хозяйственно-бытовая деятельность. Многие пятна и углубления в материке однозначно интерпретировать и,1 данный момент не представляется возможным. Вероятнее всего, что няню, сопряженное со скоплением № 2, является следом древнего очага. Охристое пятно в северо-западной части раскопа наиболее вероятно определить как захоронение, более позднее по отношению к мезолитическому комплексу стоянки. Количество установленных mi I чу скоплениями и различными частями памятника связей по ремонтажу и цветности кремня недостаточно для того, чтобы однозначно интерпретировать совокупность микроскоплений как комплекс, оставленный в ходе однократного заселения, но, вероятнее всего, формирование его происходило в рамках мезолитической эпохи. Типологический состав выделенных микроскоплений достаточно однороден. Обнаруженные на стоянке предметы более поздней исторической эпохи чаще залегают планиграфически изолированно от мест максимальной концентрации инвентаря. Вероятно, поздняя примесь находок на стоянке связана с существованием на ее территории неолитического могильника и маркирует следы эпизодических посещений этой территории в ритуальных целях.
     3. Пластинчатая индустрия Боровиково-2М была высокоэффективной за счет умелого подбора сырья и технологических приемов его обработки. Для будущего нуклеуса подбирался такой кусок кремня, который нуждался в минимальной подправке. Предпочтение отдавалось кускам подтреугольной или подчетырехугольной в сечении формы. В случае необходимости первое снятие и прилегающие боковые стороны, или тыл, подрабатывались серией сколов. Затем с ядрищ снимались пластины таким образом, что фронт быстро захватывал боковые стороны, приближаясь к круговой огранке. При таком способе утилизации нуклеусов ядрища приобретали подкарандашевидные очертания, а получаемые с них пластины постепенно уменьшались в ширине. Сложное оформление зоны расщепления на ударной площадке нуклеуса позволяло максимально точно произвести приложение силового импульса и избежать большого количества ошибок расщепления. Высокий процент ординарных пластин правильных очертаний (86%) наглядно демонстрирует эффективность выбранных приемов. Примеры торцовых нуклеусов немногочисленны, такой способ работы с ядрищами был скорее исключением. По этим показателям индустрия изготовления пластин Боровиково-2М ближе к сухонским мезолитическим традициям, чем к пластинчатым технологиям западных районов области9.
     
     1 А. В. Кудряшов. «Отчет о полевых работах Шекснинского отряда Северорусской археологической экспедиции в Вологодской области в 1988 г.».
     2 С. В. Ошибкина. «Мезолит бассейна Сухоны и Восточного Прионе- жья». — М. 1983, с. 37.
     3 Л. В. Кольцов, М. Г. Жилин. «Мезолит Волго-Окского междуречья. Памятники бутовской культуры». М. Наука. 1999 г. С. 96.
     4 Н. В. Косорукова. «Мезолитические памятники в бассейне Шексны (хронология памятников и характеристика развития каменной индустрии)» // Тверской археологический сборник. Вып. 4. Том 1. Тверь, 2000 г. С. 91.
     5 С. В. Ошибкина. «Мезолит бассейна Сухоны и Восточного Прионежья» М. 1983. С. 37.
     6 О. В. Лозовская. «К вопросу о трасологических признаках составного метательного оружия» // Экспериментально-трасологические исследования в археологии. СПб, 1994 г. С. 159.
     7 С. В. Ошибкина. «Неолит Восточного Прионежья» М. 1978 г. С. 81—82.
     8 Н. Г. Недомолкина., И. Ф. Никитинский. «Могильник поселения Векса (Предварительное сообщение)» // Древности Русского севера. Вып. 1 Вологда, 1996 г. С. 88-93.
     9 Л. С. Андрианова, Н. Б. Васильева. «Мезолитическая стоянка Побоищное-1 на нижней Сухоне» // Тверской археологический сборник. Вып. 4. Том 1. Тверь, 2000 г. С. 105-110.
     
Васильева Н. Б., Андрианова Л. С.

Первобытные художники были не фантазерами, а натуралистами
Типология каменных сверленых топоров на терр. Нидерланд, по книге Nederland in de Prehistorie
Наше тело не подходит для мира, который мы создали
Вязаный мех - волшебство подлинной чувственности


54.156.39.245